Лев Осинский

Вряд  ли   где-нибудь,   кроме  цирка,  можно  увидеть   в   один   ве­чер  столько   разнообразного  и   интересного!

Разные номера, разные артисты, разные аппараты и рек­визит, разные животные. Море света! Яркие костюмы! Ве­селая музыка! Ловкие, смелые артисты показывают свое искусство на всем пространстве — от манежа до купола, сливаясь в этом раз­нообразии в единый праздник цирка — праздник красоты, смело­сти и силы.

Нам кажется, что в этом разнообразии — главная сила цирко­вого зрелища. Просмотрев один номер, зрители с интересом ожи­дают следующего. Установка новой аппаратуры и реквизита подо­гревает их интерес, так как цирковые аппараты непохожи на обыч­ные вещи и неспециалисту заранее трудно определить, что же бу­дет показано.

В цирке необычно почти все, и поэтому большая похвала тем артистам, чьи номера запоминаются в многообразии цирковой программы, о ком зрители говорят, уходя из цирка, кого продол­жают вспоминать многие годы. Эта честь выпадает на долю настоя­щих талантов.

К числу таких номеров относится номер, созданный артистом Львом Осинским.

Нужно сказать, что не только творческий путь Осинского, но и его жизнь вне цирка характерны для людей нашей эпохи.

Лев Осинский пришел в цирк так же, как и десятки молодых артистов. Он полюбил цирковое искусство, каждодневный труд, беспрерывную смену городов и цирков. «Жизнь на колесах» каза­лась ему прекрасной: каждое новое место — новые впечатления, новый зритель.

Как всюду, в цирке много энтузиастов. К их числу принадлежит и Осинский. Начав работу в 1938 году в обычном, рядовом номе­ре, он поставил своей целью добиться настоящего мастерства, и это решение не заглохло, как это подчас случается с менее волевыми, менее трудолюбивыми артистами. В 1940 году он был одним из ответственных участников первоклассного группового номера под руководством Николая Волжанского. Номер «Лесная идиллия» вклю­чал в себя элементы эквилибристики, «каучука», акробатики. Рабо­тая настойчиво и терпеливо, Осинский добивался новых высоких показателей. Его специальностью стал так называемый ручной эквилибр.

Несмотря на многовековую историю этого жанра, техника ручно­го эквилибра развивалась крайне медленно. В России и на Западе в номерах ручного эквилибра к 900-м годам наблюдался длитель­ный  застой. Жанр  как бы  зашел  в тупик.

Артистам советского цирка удалось сдвинуть заштамповавшийся жанр с мертвой точки.

Михаил Егоров, Владимир Волжанский, Владимир Яковлев, Вла­димир Арзуманов и другие артисты, исполняя совершенно новые трюки, создали в жанре эквилибра номера международного класса.

Молодой Осинский смело вступил в творческое соревнование с признанными мастерами. Но Великая Отечественная война нару­шила все планы. Осинский, как и многие советские артисты, стал в  ряды  бойцов,   защищающих  Родину.  Он   служил  в   противотанковой истребительной артиллерии. Это — артиллерийская дуэль в упор, прямой наводкой, с открытой пози­ции, исход которой зависит от сме­лости   и   мужества  бойцов.

Много боев провел Осинский. В одном из них он потерял левую ру­ку  и  попал   в   госпиталь.

Акробат без руки! Думать о возвращении в цирк в качестве артиста  было, по-видимому, невозможно.

Но сам Осинский решил по-иному. О многом он передумал в бессонные ночи на госпитальной койке, и у него созрело твердое решение продолжать работу в цирке. Он решил создать новый номер и  все  трюки  исполнять  на одной  руке!

Управление цирками поддержало артиста, предоставив ему не­обходимую творческую и материальную помощь. Многие месяцы продолжалась напряженная работа Осинского с режиссерами, кон­структорами, художниками по созданию нового номера.

С особой благодарностью Осинский вспоминает моральную под­держку со стороны Е. М. Кузнецова, который всегда приходил к нему на помощь  в минуты сомнений.

Воля и настойчивость победили, и эквилибрист Лев Осинский опять на цирковом манеже! Не только советские зрители, но и зри­тели Польши, Югославии, Греции, Бельгии, ГДР, Люксембурга шум­но аплодировали его замечательному номеру, не догадываясь, что перед ними выступает артист с одной рукой! Новую работу Осин­ского отмечает печать таланта, и его номер служит украшением лю­бой программы. В жанр ручного эквилибра артист внес свои «поправ­ки». Он модернизировал пьедестал, технически усовершенствовав его. Хорошо продумал трюковую часть, нашел новую форму «подачи» номера и довел до высокого совершенства технику работы.

Весь номер построен на пластичности, красоте, цельности композиции. Осинский создает поэтический образ циркового «героя», и, забывая о трудности исполняемых трюков, зрители получают от номера Осинского такое же удовольствие, какое доставляет нам сложный этюд  в  исполнении  талантливой  балерины.