Бумажный тигр-2

или 

второе пришествие братьев Запашных в Лужники

   Воодушевлённые прошлогодним успехом, братья Запашные решили в 2009-ом году обрадовать почитателей новым грандиозным шоу-проектом с интригующим названием «Камелот».

   Рекламная кампания проекта и на сей раз не обошлась без превосходных степеней и зашкаливающих амбиций:

   «Мы приведем в восторг даже самого требовательного зрителя сочетанием цирковых и каскадерских трюков, рыцарских боев, пиротехнических эффектов, лазерного и светового шоу вкупе с выступлениями дрессированных животных, заполнив до краев чашу эмоций и впечатлений восхищенной публики».

   По-видимому, создатели нового проекта почувствовали, а вернее, рассчитали, что в современном цирке наблюдается дефицит сюжетно острых, искусно рассказываемых историй на манеже.

   По выражению создателей, «Камелот» –  «фэнтэзийное» шоу.

   Следует понимать, сделано в модном нынче стиле «фэнтези» (от англ. fantasy) – вид  фантастической литературы, кинематографа, живописи, компьютерных  игр. Это выдуманный, то есть ирреальный жанр, основанный на использовании мифологических и сказочных мотивов.     

   «Фэнтези» не стремится реалистически объяснить мир, в котором происходит действие. В таком мире может быть реальным существование богов, колдовства, мифических существ, драконов, гномов, троллей, привидений, да и вообще чего угодно. Пожалуй, более подходящей для нынешнего цирка стилистики трудно было отыскать.  

   Сюжетообразующей основой «Камелота» послужили предания, мифы и легенды, в центре которых король Артур – один  из самых знаменитых героев эпохи Средневековья. Подвиги Артура и его рыцарей Круглого Стола воспеты в романах и хрониках, в музыке, в стихах и прозе на всех основных европейских языках той эпохи.

   Название «Камелот» связано с творчеством французского поэта ХII века Кретьена де Труа, благодаря таланту которого, «Камелот» стал воплощением благородства и постоянства, символизировал превосходство цивилизации над варварством, утверждая торжество гармонии над хаосом.  

    Первая и немалая удача Запашных заключается в снайперском выборе стилистики и исторического фона, на котором открываются невероятные возможности живописать и фантазировать, практически, всё, что душе художника угодно. Авторы и сами не отрицали, что подошли к литературному первоисточнику весьма вольно – с мерками собственной фантазии.

   В конце концов, Лужники – не место для поисков исторической истины.     

Show must go on!

   …Гаснет в зале свет. На экране замок Камелот, охваченный огнём. Идёт осада крепости. По периметру манежа – всполохи  «открытого» (живого) огня. В музыкальном сопровождении зловещие и тревожные ноты. Битва в разгаре.

   Согласно либретто: Тысячи лет Камелот был последним оплотом Добра на земле. Его стены защищали лучшие воины мира людей.

   Две группы рыцарей-воинов отчаянно фехтуют мечами на фоне экранного изображения замка.   

   Далее, по тому же либретто читаем: У его подножий сложили головы самые отважные герои, унося с собой жизни тысяч всевозможных отвратительных существ, вероломно посягавших на мир, спокойствие и гармонию на земле.

   В манеже и по двум сторонам форганга установлены подкидные доски-катапульты. Исполнители ролей «отвратительных существ», демонстрируют с подкидных досок  бланш, бланш-винт, винт-винт и пр., приземляясь на стену, где вероломных захватчиков встречают (пассируют) рыцари, обороняющие крепость. На стене схватка на мечах возобновляется с новой силой.

   В манеже все те же «отвратительные существа» демонстрируют заднее сальто и бланш в плечи на колонну из двух. Огненные стрелы с пронзительным свистом вонзаются в стены Камелота. После чего, один из штурмующих исполняет тройное заднее сальто на стену замка, а другой демонстрирует в манеже двойное стрекассированное заднее сальто, зажав в руках два горящих факела.

   Фрагмент, когда … «тёмные силы желают превратить мир в бездну хаоса», завершается тройным сальто-мортале прогнувшись с двумя винтами.

   Далее следует музыкальная отбивка – ария Добрых сил, намеренных противостоять Злу.

   Силам зла  «противостоят два брата, продолжатели рода Великого короля Артура - принцы Эдем и Ричард. Они - воплощение сил Света, объединившие людей под знамёнами рыцарей Ордена Круглого Стола».

   На манеж, под предводительством братьев, выезжают джигиты-наездники. Для того, вероятно, чтобы зримо продемонстрировать Бесстрашие и Решимость своих намерений. Конные номера всегда был неизменным атрибутом-символом романтической темы.

   Что же в результате?

   В результате, мы видим довольно неспешный, облегчённого уровня сложности, фрагмент номера джигитовки. Посредине фрагмента принц Ричард, очевидно, в порыве страсти,  с лёгкостью демонстрирует прыжок на лошадь - «курс».

   Далее исполняются «длинный обрыв», «вертушки», бой на мечах и столь же эффектный, сколь и ожидаемый, трюк «под живот». Ещё раз «курс», на этот раз с флагом, в исполнении Ричарда и…

   Звучат фанфары, возвещая о начале похода против тёмных сил и их, согласно либретто, «самого могущественного воина апокалипсиса – Лорда Даркана – правителя Мира Тьмы».

    Два брата-принца величественно гарцуют вокруг манежа на лошадях. За ними, пританцовывая и ликуя, следует пестро разодетая свита. Девушки танцуют, стараясь завоевать внимание рыцарей.

   «Тёмный лорд находит уязвимое место всех людей - их пороки, для того чтобы те проявили тёмную сторону своей души».

   Манеж предстаёт в виде харчевни (таверны, паба…), где царит весёлое хмельное застолье, олицетворяющее, следует понимать, людские пороки. Изрядно пригубившие горячительного, крестьяне и трубадуры (возможно жонглёры, паяцы, гистрионы…) состязаются в ловкости прыжков на столе, превращённом в батут.

   «Посредством своего искусства, мастерства» эти,  по всей видимости, погрязшие в грехе простолюдины, похваляются друг перед другом, кто передним, кто задним, а кто и вовсе «бесовским» арабским сальто-мортале.

   Следом за ними на узкой пружинящей перекладине (много столетий спустя, названной «Русской палкой») упражняются шпильманы-акробаты, завершая выступление трюками: сальто, бланш, винт-винт и… безупречным тройным сальто.

   Впереди манежа возникают миниатюрные копии башен замка, где свою ловкость и проворство, на сей раз, демонстрируют обезьянки.

   Подгулявший трубадур, вздумавший было затянуть балладу на французском, вскоре оказывается «вразумлён» поленом по голове и за ноги уволочен с глаз долой.

   Девушки, одна другой наряднее и краше, исполняют «греховные» танцы, из последних сил стараясь понравиться принцам. Надо всем царит фривольная атмосфера всеобщего гуляния, без каких бы то ни было признаков благонравия.

   По обыкновению, объявляется рыцарский турнир. Трубадуры-клоуны выезжают на шаржированных (в цирковом простонародье - «никулинских») лошадках и несколько невпопад  шутят.

   Наступает черёд братьев-принцев. Но, что это?

«Цепь братской любви разорвана, и братья вступают в противостояние. Это бой между равными противниками, но победить должен сильнейший и от исхода этой схватки зависит судьба Мироздания».

   Раз такое дело, без промедления даётся фрагмент поистине «судьбоносного» номера братьев «Жонглёры на лошадях».   

   Сухо, сдержанно и сосредоточенно (шутка ли, судьба Мироздания на кону!) братья один за другим  демонстрируют на рысящих по кругу лошадях: «баланс», «жонгляж тремя булавами», «три и четыре булавы с балансом», «шесть булав в перекидку», жонглирование пятью и семью (один темп) мячиками.

   Приближается момент поединка братьев. Раздаётся звон мечей, вспыхивает огонь, пространство со всех сторон застилает слепящим ужасом густой туман, в клубах которого являются  чудовища, каких свет не видывал.

   Четверо батутитстов-акробатов под скрежет и посвист «тяжёлого металла» «от Avis Dei», если так можно выразиться, «сальтомортальничают» и «пируэтничают».

   Вокруг них, «безобразно» прыгая и извиваясь, гримасничают отвратительные уродцы на ходулях. В этом месте шоу «Камелот» обретает угрюмые  черты ужасающей  фантасмагории…

   После чего:

   «Тёмный Лорд вселяется в Эдема - старшего из принцев, превращая славного воина в исчадие ада».

   «Чтобы вернуть брата Ричарду предстоит пройти сквозь шесть необычных миров, населённых странными и удивительными существами, поражающими человеческое воображение».

   В лесном мире и костюмы, и оформление, призваны поразить наше воображение – здесь преобладают зелёные, лиловые, синие, изумрудные цвета. Силуэты и линии костюмов живо напоминают причудливые изгибы деревьев, сучьев, веток, пней и так далее. На фоне всей этой, надо заметить, отлично выполненной дизайнерской «флористики» даётся номер «Дрессированные попугаи»: взбирание птичек по лестнице, катание на самокате и в ренском колесе, баскетбол…

   Разглядеть на «таком» фоне небольших птиц, к тому же в огромном зале, не вполне представляется  возможным. Номер воспринимается исключительно благодаря киноэкрану.

   К слову заметим, проблема «сомасштабности» размеров зала и номеров в нём показываемых – невероятно сложна и, увы, не нова. Тем не менее, выход искать всё равно придётся. Видимо, уже на следующем проекте.

   Работающему чуть в стороне номеру «художественно-акробатическая группа» повезло чуть больше. Выступление девушек смотрится как, своего рода, «живой», переливающийся, изменчивый орнамент в калейдоскопе. Как минимум, остроумное решение.

   Некоторую досаду, чтоб не сказать разочарование, пришлось, увы, испытать,  когда владычица страны Флории начала артикулировать под фонограмму длиннющий маловнятный текст. Лично у меня терпение на этом иссякло.    

Тут необходимо объясниться.

   Искушённый читатель, полагаю, давно догадался, из «чего» смонтирован  «Камелот». В основе «креатива», конечно же, лежит традиционная цирковая «ёлка», с большим или меньшим успехом, живущая (доживающая?!) на отечественных манежах.

   Проще сказать, это – цирковой дивертисмент, с адаптированными под конкретный проект номерами, иллюстрирующими радио-, а сегодня мы скажем, аудиоспектакль. Можно сказать и так: визуализация аудиоряда.

   Сюжетная канва, по которой вышивает собственную версию режиссёр-постановщик, - комментарии, монологи, диалоги, песни, шумы и проч., - записывается на компакт-диск, в нужный момент озвучиваемый.

   В былинные советские времена такое явление как «театр у микрофона» получил всестороннее профессиональное развитие, собирая миллионные аудитории.  

   Тот, кто наивно полагает, что интонация, тембр, дикция, логическое ударение, пауза, строгая ритмическая последовательность, стихотворный метр и ритм стиха – пустые слова, может пропустить дальнейший кусок рассуждений.

   Точно так же волен поступить и тот, кто всерьёз уверен, что льющиеся  из плохих динамиков наспех и неловко зарифмованные банальности в  «Камелоте» и есть поэзия.

   Речевое искусство – одно из древнейших и сложнейших. Для овладения им, как бы это не выглядело тривиально, нужны годы профессионализации, соответствующие образовательные методики, ну и такая мелочь, как наличие природного дарования. К чему я об этом, думаю, понятно.

   Быть может, артистам и членам команды, занятым в спектакле приятно слушать и «озвучивать» фонограмму в исполнении самих себя любимых. Кто бы возражал против подобного нарциссизма?!

   Но для человека, любящего и понимающего стихи, слушать их в дилетантском исполнении – тяжкое испытание. Если «действующие лица и исполнители» фонограммы серьёзно полагают, что достигли в этом Искусстве, хоть какого-то уровня Мастерства, должен их, к сожалению, огорчить. Увы, то, что сегодня зритель, через скрипящие колонки слышит в «Камелоте» – это какой-то… разудалый дилетантизм и скребущая по ушам аудио-самодеятельность.

   Как говаривал один известный цирковой народный артист: это – большой недостаток наших достижений!

   В своих прошлогодних размышлениях о выступлении братьев с хищниками, я, помнится, посетовал на автоматизм  движений и отсутствие должной энергетики в действиях артистов.

   Так вот, в этом году исполнители и животные, что называется, поменялись ролями.

   Запашные на хорошем артистическом нерве, как-то даже пружинисто,  появились на манеже, тогда как животные оказались… явно не на высоте. Долго и упрямо не желали укладываться в «ковёр», затем с большой прохладцей прогулялись не слишком ровной шеренгой, так и не пройдя положенные полкруга, нечётко выполняли команды «офф»… Усталость?  Не без того, надо полагать.  

   Хотя, казалось бы, стоял  всего лишь «зенит» ёлочного марафона – 6 января, дневное представление.

   Прибавило интриги то, что лев,  по меньшей мере, с минуту  не желал выполнять коронный гиннессовский прыжок. Музыкальная фраза давно закончилась, а он – ни в какую! И царь зверей не семижильный.

   На секунду мелькнуло: а не «обыгровка» ли, не «фальш-завал» ли это?..

   Зато уж подогретая таким образом публика выплеснула щедрую порцию оваций артистам с лихвой. Как никому в тот день! Кумиры не подкачали. Но и Фаны в очередной раз доказали, что не зря «медийный хлеб» едят.

   Размышления о «медийном хлебе» прибережём для финала и продолжим фиксацию впечатлений.

   Действие переносится в Аквазию, то есть в Подводный мир, где герои,

«познавая самих себя, одни за другими побеждая свои пороки, чтобы оТчистить (так и сказано в программке) свою душу и найти путь к конечной цели».

   На берегу бассейна клоуны разыгрывают сценку «Утопленник».

   Тот, что решил утопиться, вешает камень на шею и, воздев глаза к небу, бросает булыжник в воду. Камень не тонет.., потому, что пробковый. Ещё попытка – тот же результат. В зале раздаётся хохоток малышей. Родители наблюдают, в  предвкушении смешной или хотя бы эксцентричной развязки.

И развязка наступает.

   Появляются два невозмутимых стражника, охаживают дубиной по голове горе-утопленника и уволакивают вон. По залу волной прокатывается детский смех. Нынешние дети, как видно, вполне «рассекают» абсурдистскую клоунаду.

   Начинают бить разновысокие фонтаны с цветной подсветкой. В центре бассейна, на островке, две водные феи «фантазируют» в жанре «Каучук». Вокруг  бассейна, долго «не решаясь» войти в воду, многозначительно танцуют восемь прелестных обитательниц вод – то ли наяды, то ли русалки. «Синхронистки», так они заявлены в программке.

   Первое отделение завершается арией, где припевом звучат наставления: … «выбирай свой рай»… «просвещение – вход в вечность». Опять не поспоришь.

   После  антракта на манеже появляется… забавный бочонок с пропеллером и клоунами внутри. Все  тут же, должно быть, смекают, что попали в Воздушный мир Скайр, где героев ждут новые приключения на путях, так сказать, самосовершенствования.

   Появляется карнавальная (?) процессия, с двух сторон обрамлённая двумя живописно извивающимися серебристыми китайскими драконами. Две, четыре, затем шесть девушек-гимнасток взмывают вверх и сальтируют на так называемых банжиках – резиновых жгутах-амортизаторах. Разноцветные облака, огненные фейерверки и цветные прожектора создают довольно эффектную картинку Воздушного мира. Фрагмент гимнастического номера «на ремнях», декорированных развивающимися ленточками. Откуда-то из-под крыши дворца начинает идти снег и «Снежная Фея», восседающая на льдине, призывает героев следовать в Ледяной мир – Фрост. Снег над залом  то стихает, то снова усиливается.

   Вихрем закружилась воздушная гимнастка-снежинка, исполняющая фрагмент  композиции на «сосульке». В смысле, на корд де пареле.

   Под нестерпимо растянутую по времени арию Холода, из форганга высовывается некое снежное чудище с красными глазами, предлагая «осколок света, что даёт друзьям свободу». Бутафорское чудище-муляж долго пыхтит, рассказывает, рычит, фыркает огнём и дымом.

    Пугает, должно быть, а… не страшно. К чему бы это?

    Далее братья проходят испытание в новом для них жанре – эквилибр на канате. И на высоте восьми метров братья чувствуют себя уверенно. Они поочерёдно «переносят» на плечах из края в край – то по одной, то по две девушки разом. И это испытание с достоинством пройдено. Разумеется, используя меры  предосторожности – баланс и лонжу.

   Наступает черёд царства Тьмы.

   Рыцари в белых и чёрных капюшонах противостоят друг другу, встретившись на… шахматной доске. Каждый следующий ход – исполнение акробатического элемента: арабское колесо, фляк, фордер, арабское сальто…

   Вот где без оговорок, счастливо встретились, практически, все составляющие творческого креатива, включая остроумное и достаточно органичное режиссёрское видение предфинальной сцены. 

   Как и следовало ожидать, Добрые силы одолели мировое Зло. 

   Во время апофеоза все заготовленные спецэффекты продемонстрировали свои максимальные возможности: Всё что могло: вспыхнуло, выстрелило, сверкнуло и пролилось на манеж блистающим разноцветным конфетти…

   Стало окончательно ясно, светло и радостно на душе оттого, что:

«Честь, Отвага, Достоинство, Благородство и Любовь, всегда преодолеют Подлость, Трусость, Самолюбие, Безразличие и Ненависть».

   Праздник получился так, как получился:

Не так плохо, как боялись, но не так хорошо, как надеялись…                                         

   В заключительной песне-напутствии прозвучало: … «Построй свой Камелот»…  

   Остаётся уточнить «детали», из которых «такие» замки строятся.

   Размышляя год назад над «феноменом Запашных», я приходил к выводу, что «братья целенаправленно и осознанно избрали для себя особый  статус, перейдя в разряд, так называемых медийных лиц».

   Проект Запашных 2009-го, видится убедительным тому подтверждением.  

   Специально обошёл фойе и зрительный зал, чтобы приглядеться к тем, кто пришёл на спектакль. Состав зрителей оказался предсказуемым. По меньшей мере, на шестьдесят, а то и более процентов, зал состоял из молодых - 30-35-ти лет мамаш и детей.

   А если принять во внимание, с каким азартом  раскупалась многообразная сувенирная продукция, можно с большой достоверностью предположить: проект предпочли, в своей подавляющей массе, сверстники братьев Запашных – поколение, так или иначе, сформированное и воспитанное на ценностях, внушаемых современным телевидением.

   В конечном счёте, оказалось, не зря братья Запашные последние годы, что называется, дневали и ночевали в телеэфире.

   И это, едва ли ни самая главная победа, которую братьям удалось одержать в жестокой битве с конкурентами шоу-бизнеса – вырастить и выпестовать собственного зрителя. Целое поколение!   

   Накапливая медийный ресурс, Запашные обрели новое качество – стали признанными любимцами публики, кумирами толпы, рекламным брендом, наконец.

   Их теперь хотят видеть снова и снова, во всё более разнообразных формах и качествах. В этом смысле, Show не просто must go on – оно обрекает себя гнаться за бесконечным обновлением.

   Случился диалектический переход количества в новое качество, о котором размышлял ещё Гераклит.

   Задолго, кстати, до того как человечество додумалось до Камелота. Да и Бог с ним с Камелотом, он тут, вообще, мало причём.

   «Камелот» – очередной, по-своему любопытный  вариант «антуража», «блестящая упаковка», призванная как можно эффективнее продвигать бренд: «Цирк братьев Запашных».

   При всех прочих равных, не имеет сущностного значения «что» и «как» показывают в манеже медийные лица. Пока не закончился медийный ресурс, они демонстрируют, прежде всего, и главным образом,.. самих себя!

   Что же касается режиссуры  и прочих творческих поисков-изысков-находок,  они, если и нужны, то не для того, чтобы решать творческие проблемы, а для того, чтобы преуспевать с нерешёнными.  

   Что и было отчётливо продемонстрировано вторым пришествием братьев Запашных в Лужники.

                                                       Владимир Сергунин

                              Лауреат  Всесоюзных Конкурсов циркового искусства,

                              Лауреат «Серебряного Клоуна» конкурса в Монте-Карло, 

                                                Кандидат искусствоведения