В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Читает Георгий Сорокин

Я слушала Георгия Сорокина в клубе МГУ на Ленинских горах. Это бы­ло в один из майских праздников.

Сорокин вы­ступал с сольным концертом. Афиша обещала стихи Маяковского первых дней революции, объединенные цик­лом «Не для денег родившийся». Я мало представляла тогда и твор­чество артиста и любовь к нему зри­телей. Невольно подумалось, а собе­рется ли аудитория в такой не рас­полагающий к серьезному концерту день. Но опасения были напрасны­ми. Зал заполнился до отказа. Слуша­ли хорошо и «взахлеб», аплодирова­ли молодо, яростно и настойчиво, требуя читать еще и еще.Это был настоящий успех. Можно говорить о многих слагаемых этого успеха. Сорокин на сцене очень по­хож на так любившего сцену самого Маяковского. Похож внешне. Похож сильным и гибким голосом, жестом оратора-трибуна. Но главное не в этом. Сорокин читал Маяковского как бы «от себя», от имени нашего современника, от имени тех, кто сидел в зрительном зале. Его пате­тика, его гнев и смех выражали чув­ства сегодняшнего зрителя, который, слушая бессмертные стихи Маяков­ского, вместе с поэтом и чтецом хо­чет бороться с сегодняшним мещан­ством, вместе с ними думает над смыслом жизни, утверждает красоту человеческой души, силу подвига. 

Как этого достигает Сорокин? Как он делает Маяковского «человеком 60-х годов», нашим современником! Ответ прост:  чтец постигает глубинную суть стихов поэта, у которого, как у каждого подлинного гения, произведения не исчерпываются содержанием, близким и понятным только людям его времени, но несут мысли и чувства, адресованные дню завтрашнему. Сорокин доносит до нас голос, обращенный к товарищам-потомкам, и этот голос звучит не из далека 20—30-х годов, а из сегодня. Артист знает, что волнует его слуша­телей, и он подчеркивает в Маяков­ском то, что ищет в нем молодой человек середины 60-х годов, «поворачивает» строки поэта так, что они звучат, будто только что роди­лись на сцене. Это удивительное искусство! В другой раз я слушала в испол­нении Сорокина поэму Маяковского «Человек». Известно, что после са­мого автора никто не отважился чи­тать с эстрады это сложное, глубоко философское произведение. Я не знаю, как его читал Маяковский, Но думаю, что Сорокин читал по-своему и вместе с тем очень похоже — так «доходила» каждая строка поэмы, такой эмоциональный и интеллекту­альный  отклик вызывала она в зале.

А какое наслаждение слушать в исполнении Сорокина феерическую комедию Маяковского «Клоп»! Нуж­но верить в автора, в слушателей и, конечно, в самого себя, чтобы в про­должение двух часов одному читать такую буффонадную, такую остро гротесковую пьесу. Какое достига­лось актерское преображение, какие были ежесекундные переходы, какая иллюзия выступления целого театра! Да, один актер сосредоточил в своих руках все внутренние линии про­исходящих событий и поведения действующих лиц. И все это без по­мощи внешних примет, все это с по­мощью одного голоса и скупых же­стов. Сорокину вообще чужда внеш­няя театральность, эффектность. Он выработал свою технику чтения, помогающую раскрыть сущность образа, проникнуть в глубины глу­бин замысла автора. В чтении Соро­кина нет ни тени искусственности. Стиль его исполнения — четкий, му­жественный, красивый. Артист всегда бережно и последовательно разви­вает мысль стихотворного и проза­ического произведения, оберегает звучание слова от каких-либо внешних, нарочитых эффектов. Интонация, взгляд, жест всегда строго обуслов­лены, отмечены тем благородным вкусом, которого требовал от артиста Вл. И. Немирович-Данченко.

Сорокин много читает Есенина, стихи которого есть в репертуа­ре почти всех мастеров художест­венного слова. Но у Сорокина своя, оригинальная интерпретация есенин­ской поэзии. Здесь Сорокин сказал новое слово, с которым, как всегда, одни соглашаются, другие нет. Есе­нин у Сорокина озарен светом боль­шого жизнелюбия, его стихи звучат то юношески озорно, то мужествен­но, то лирично. Сорокин открыто полемизирует с уродливой, за­штампованной манерой чтения есе­нинских  стихов. Как читать Есенина, Сорокину подсказал... сам Есенин. Георгий Васильевич рассказал мне такой эпизод. Однажды в Кисловодске он шел по вечернему городу и услышал доносившиеся издали стихи. Их пере­давали по радио. Голос чтеца звучал подъемно, напевно, необычайно раз­машисто. Поначалу показалось, что читает Остужев — это его знамени­тый голос. Но выяснилось, что пере­давали редкую запись чтения стихов самим Есениным. Сорокин давно уже мечтал вот так же буйно, раскованно прочитать произведения автора «Ан­ны Снегиной». Этот случай оконча­тельно убедил его в мысли: читая Есенина, нельзя ограничиваться од­ной только музыкой его стиха, нужно почувствовать истинный, живой голос поэта. В недавние юбилейные есенинские дни сорокинская интер­претация Есенина была действенным аргументом в творческом споре о подлинном смысле стихов замеча­тельного   русского   поэта. Особое место в творчестве чтеца принадлежит Лермонтову. С юности и по сей день, по признанию ар­тиста, мир лермонтовской поэзии и прозы имеет для него огромную привлекательность.

Заслуженный артист РСФСР Г. Сорокин и художник Ю. Могилевский обсуждают эскиз плаката Заслуженный артист РСФСР Г. Сорокин и художник Ю. Могилевский обсуждают эскиз плаката

Слушая в испол­нении  Сорокина  произведения  Лермонтова, ощущаешь, как филигранно точно доносит он содержание, как бережно вводит слушателя в певу­чий и волнующий мир его поэзии. Вместе с режиссером Е. Поповой-Яхонтовой Сорокин нашел тончайшие оттенки для исполнения знаменито­го лермонтовского «Фаталиста» (кстати, это одна из самых значи­тельных и интересных работ Сороки­на). Следуя первоисточнику, артист и на этот раз не столько дает внеш­ние портреты, сколько стремится как бы изнутри раскрыть характеры, действия и поступки персонажей, очертить их психологически. Осно­вой выразительности у чтеца, как всегда, выступает интонационная, мелодическая сфера, наиболее тонко передающая внутреннее состояние и переживание героев. Уже более двадцати лет Георгий Сорокин работает в области художественного чтения. Подготовленные им программы — свидетельство раз­носторонних возможностей артиста. Он с равным успехом читает такие разные произведения, как компози­ции по «Двенадцати стульям» Ильфа и Петрова и «Осуждение Паганини» по роману Виноградова, рассказы Зощенко, стихи Симонова и Светло­ва, Васильева, Вознесенского, Евту­шенко и других советских поэтов.

Посвящая свои вечера тому или иному автору, Сорокин смело при­влекает самые неожиданные мате­риалы, играющие важную, по его мнению, роль для наиболее полного представления о творческом пути художника. В результате выступле­ния Сорокина приобретают не толь­ко художественное, но и познава­тельное значение. Его внимание всегда привлекают произведения большого эмоционального накала, требующие раскрытия глубоких мыслей и чувств. И не случайно не­сколько лет назад он вышел на сце­ну с музыкальной инсценировкой романа Виноградова «Осуждение Паганини». Сорокин точно передавал стро­гую, лаконичную и вместе с тем глу­боко лирическую манеру Виногра­дова. Без позы, очень просто и пре­дельно искренне читал он даже са­мые драматические места книги, постепенно достигая огромного внут­реннего эмоционального взлета. Этому во многом способствовала музыка (чтение шло в сопровожде­нии скрипки, гитары и рояля) из про­изведений Паганини.

Характерно включение Сороки­ным в свой репертуар рассказов М. Зощенко, на первый взгляд как будто неожиданное для его индиви­дуальности, но совершенно законо­мерное в развитии его творчества. Опытный мастер, Сорокин владеет искусством смешного во всех его оттенках. Артист читал Зощенко с мягким лирическим юмором, без тени комикования, как-то очень тон­ко передавая настроение его рас­сказов. Уже несколько лет существует при Центральном Доме работников ис­кусств «Театр чтеца и поэта», снискавший большую любовь и призна­ние зрителей. Георгий Сорокин — организатор этого театра, его ре­жиссер и неизменный участник. Он сумел заразить весь коллектив энту­зиастов (театр был создан на обще­ственных началах) своей влюблен­ностью в   поэзию, верой в то, что театр этот со временем станет цент­ром по пропаганде «звучащей литературы».

И сегодня, спустя три года после его основания, с полным правом можно утверждать, что театр отвеча­ет своему высокому назначению. Здесь выступают известные чтецы, сюда приходят советские и зарубеж­ные поэты со своими стихами и переводами. В театре нет монополии чтеца и поэта на весь вечер, на всю программу. Зрители встречаются здесь со своими любимыми ре­жиссерами, певцами, художниками. Чтец же объединяет свою програм­му, делает ее более цельной. Этим самым искусство художественного слова как бы раздвигает рамки сво­их возможностей, своего назначения. Уже неоднократно отмечалось свое­образное творческое лицо этого театра, его масштабный, приподня­тый современный характер. И в этом большая заслуга его главного ре­жиссера Г. Сорокина, отдающего театру много времени и сил. «Театр чтеца и поэта» — одно из проявлений широты и многообразия интересов Георгия Васильевича Со­рокина, его готовности служить ис­кусству самоотверженно и бескоры­стно. А ведь есть еще и поездки по стране, встречи со зрителями, рабо­та в Художественном совете Москонцерта. И главный труд — это но­вые программы, новые имена писа­телей и поэтов, прочитанные от име­ни нашего времени. «Читает Георгий Сорокин!» — эта строка на афише всегда обещает яркую и интересную встречу с боль­шим мастером художественного слова.
 

Л.  УМАНСКАЯ

Журнал Советский цирк. Ноябрь 1965 г.

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100