В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

О представлениях в цирке

Вы, наверное, знаете, как начинаются иные представления в цирке. Луч света падает на форганг. Он освещает стройную фигуру чтеца, одетого в белую атласную рубашечку с блестками. Чтец подходит поближе к микрофону и со словами стихотворного приветствия обращается к зрителям.

После этого дается полный свет. Оркестр играет марш. Попарно или по трое-четверо в ряд появляются участники представления. Они либо останавливаются посреди манежа, либо проходят не задерживаясь, обратив к зрителям улыбающиеся лица и подняв к цирковым небесам, то бишь к куполу, руки. Так, с поднятыми руками, посылая налево и направо лучезарные улыбки, они скрываются за кулисами.

Парад-пролог окончен. Начинается представление...

Иногда в описанный выше ритуал вносится некоторое разнообразие. Чтецов бывает двое — мужчина и женщина. Реже — трое. Все зависит от состава программы. Большей частью чтецы выдвигаются из числа исполнителей различных номеров. Умеет, скажем, акробат или наездник более или менее выразительно декламировать — надевай рубашечку с блестками и ступай к микрофону. Не всегда такая самодеятельность оправдывает себя. Иной раз она приводит, прямо скажем, к весьма плачевным результатам. Особенно если радиотехника в цирке или акустика не совсем совершенны. Тогда добрая половина зала попросту не в силах разобрать, что же читается в микрофон.

Подобное происходит не в одном цирке и не в двух, а, к сожалению, во многих. Художественные приемы при постановке парадов-прологов бывают, как мы видим, довольно примитивными. Выработался некий штамп, чрезвычайно облегчающий некоторым постановщикам работу. И в результате парады-прологи оказываются похожими друг на друга, как близнецы.

Унылое однообразие наблюдается и в стихотворных приветствиях, читаемых с манежа. Происходит, скажем, дело весной, и вот в микрофон непременно произносятся бодрые строки о распускающихся почках и ветках, о голубых небесах, о свежем ветре, летящем над землей. Для описания других времен года тоже существуют свои приемы. Концовки же во всех случаях сводятся к вариациям одной и той же фразы: мы, артисты, очень рады встрече с вами, дорогие зрители, и шлем вам свой цирковой привет.

Не будем голословными. Перед нами — четыре текста, написанные в разное время разными авторами для раз-
ных цирков. Но как похожи они друг на друга! Процитируем лишь заключительные строки:

Советский цирк прославился недаром,
Здесь каждый зритель шуткою согрет.
Всем гражданам — и молодым, и старым
Горячий летний дружеский привет!


Это писалось в 1951 году. А в 1954-м другой автор сочинил:

Пора начать. Готово все к параду.
Звучит оркестр, и вспыхнул яркий свет.
Артисты цирка посылают Ленинграду
Перед началом искренний привет!


В 1957 году уже третий автор тем же размером и почти теми же словами писал:

Сейчас мы все не в силах скрыть волненье,
Пускай зальет арену яркий свет!
Мы начинаем наше представленье
И шлем горячий творческий привет!


Прошли годы. Многое изменилось за это время на манеже советского цирка. И лишь тексты для прологов зачастую пишутся все так же:

Друзья, мы рады нашей новой встрече.
На рубеже пятидесяти лет
От нас примите искренний, сердечный
Наш молодежный дружеский привет!


Нет, конечно, было бы неверным утверждать, что в постановке парадов-прологов повсеместно царит столь удручающее однообразие. Есть и несомненные творческие удачи. Мы знаем парады-прологи, в которых присутствуют и оригинальная мысль, и режиссерская выдумка, и свежие, отнюдь не банальные стихи.

Но прежде чем продолжить разговор, хотелось бы коснуться одного существенного вопроса. А именно — что такое парад-пролог?

Пожалуй, в наше время нет такого цирка в стране, где бы действие на манеже не предварялось вступлением. Выход всей труппы перед началом спектакля, красочный, веселый парад, как бы задает тон программе, вводит зрителей в праздничную атмосферу циркового представления.

Но парад-пролог не только красивый и яркий запев представления. Он призван объединить отдельные номера программы общей темой, придать цирковому спектаклю цельность и стройность. Но и это не все, есть у парада-пролога еще одна немаловажная задача. Сплошь да рядом он является откликом цирка на ту или иную знаменательную дату, событие в жизни страны. Вполне понятно стремление советского цирка к злободневности, публицистичности. Пролог дает возможность поднимать серьезные политические темы, оперативно откликаться на актуальные вопросы сегодняшнего дня.

Парад-пролог в том виде, в каком мы его знаем сегодня, принадлежит целиком советскому цирку.

Как известно, эта форма циркового зрелища сделалась популярной в конце 30-х годов, после того как Московский цирк показал представление, носившее название «Молодежной программы». В нем нашли отражение новые веяния в советском искусстве манежа, в частности стремление превратить дивертисментные представления в единое целое, объединить различные номера тематическим замыслом. Парад-пролог в «Молодежной программе» выполнял эту функцию.

Выдающийся исследователь и теоретик цирка Евг. Кузнецов считал — и не без основания,— что толчком к такой реформе послужил в какой-то мере прославленный фильм режиссера Г. Александрова «Цирк». Кино показало направление, по которому может идти советское цирковое искусство. Оно даже продемонстрировало приемы. В этой ленте мы видели пышный, эффектный парад-ревю, утверждающий на манеже новый, жизнерадостноромантический стиль и в то же время являвшийся неотъемлемой частью представления. Это было требование самой жизни, и цирк живо откликнулся на него. Теперь уже повсеместно, а не только в Москве, цирковые представления открываются парадами-прологами. В работе над ними участвуют в больших цирках кроме режиссе-ров-постановщиков автор сценария, балетмейстер, художник, композитор.

Новое направление цирковые парады-прологи получили в годы Великой Отечественной войны. Сама обстановка заставила тогда приподнять их значение, придать им политическую окраску. Цирк стал говорить со зрителем на серьезную патриотическую тему и в ряде случаев достигал высокого публицистического накала. Разве можно было оставаться спокойным, слушая знаменитое вступление к программе Московского цирка, поставленное в сентябре 1942 года на текст С. Маршака: «На минуту греметь перестаньте, барабаны, труба, контрабас...» Или монолог «Дорога в Берлин» в исполнении лауреата Государственной премии А. Ханова. Такой отчетливо выраженный публицистический характер несут лучшие парады-прологи и в наши дни.

Парад-пролог — это в какой-то степени политический плакат. Подобно плакату, он должен быть ярким, броским, лаконичным и достигать этого скупыми, но выразительными средствами.

Когда коллектив «Цирк на льду» выступал в Ленинграде, для него был поставлен специальный пролог на ленинградскую тему. Автор текста — поэт В. Торопыгин, постановщики — заслуженный деятель искусств А. Арнольд и режиссер А. Сонин — вспомнили отдельные этапы из истории города-героя. Кронштадтский контрреволюционный мятеж в 1921 году, на подавление которого солдаты, матросы и рабочие Питера, участники X партийного съезда, устремились по льду Финского залива... Легендарная ледовая «дорога жизни», ставшая спасением для Ленинграда в годы блокады... И, наконец, наши дни— скованная ледяным покровом Нева, неотъемлемая часть зимнего пейзажа современного города Ленина. После такого «локального» приема переход к цирковому празднику на льду был вполне естественным, закономерным.

Надо сказать, что поиски новых выразительных средств при постановке парадов-прологов — давняя традиция Ленинградского цирка.

В свое время значительный творческий вклад в эту работу внес заслуженный деятель искусств республики Г. Венецианов. Его привлекали монументальные формы. В одну из годовщин Великого Октября поставленный в цирке пролог посвящался событиям первых революционных дней в Петрограде, великим завоеваниям советского народа. Аплодисментами встречали зрители панораму, изображающую крейсер «Аврора» с орудийными башнями на фоне пламенеющего неба, картину праздничного салюта на набережной Невы с полной иллюзией фейерверка.

Многое из арсенала этих средств осталось жить на манеже цирка и широко используется сегодня.

Но бывает и так, что постановщики, желая дать прологу большую смысловую нагрузку, теряют чувство меры, не учитывают специфику искусства манежа. Мне пришлось видеть, как режиссер одной из программ стремился отобразить в прологе этапы борьбы за независимость нашего государства ни много ни мало — от битв на Куликовом поле и льду Чудского озера до победоносных сражений на полях Великой Отечественной войны. У постановщика были самые благие намерения, а вот зрители, признаться, скучали и с нетерпением ожидали окончания затянувшегося действия. В другом прологе многочисленные аллегорические группы изображали «сельское хозяйство», «науку и технику», «спорт», «искусство». Не довольствуясь этим, режиссер включил в пролог еще и большое праздничное шествие. Естественно, что такое зрелище вошло в противоречие с самой природой циркового искусства, искусства динамичного, темпераментного, не терпящего длиннот.

Неудачи иных прологов, мне думается, проистекают прежде всего от неверной предпосылки решать их чисто театральными приемами. Манеж — не стадион, на котором происходят массовые праздники, а тем более не сцена. Здесь свои, специфические законы. Однако театрализация парадов-прологов настолько глубоко вошла в практику, что стала чуть ли не обычным делом. В минувшем году, например, одна из областных газет опубликовала перед открытием сезона беседу с директором местного цирка. Директор подчеркивал, что «готовить большие театрализованные парады-прологи стало в нашем цирке традицией». Дальше директор с удовлетворением сообщал, что в парадах-прологах помимо артистов цирка участвуют хоровые и танцевальные коллективы художественной самодеятельности. А нужны ли цирковому представлению хоровое пение, самостоятельные танцевальные сцены?

Говоря о парадах-прологах, следует, как мне кажется, в первую очередь подумать о необходимости их максимального приближения к специфике цирка, короче, если можно так сказать, об их «цирковизации». Конечно, это потребует упорных поисков новых форм и приемов. При этом не мешало бы вспомнить и о некоторых забытых и полузабытых традициях в этой области. Почти совсем, например, не ставятся сатирические прологи типа «Чемпионат всемирной классовой борьбы» Маяковского — Лазаренко. Даже к такой классической форме, как шари-вари, постановщики обращаются теперь крайне редко.

Беда еще и в том, что между некоторыми парадами-прологами и представлениями нет не только гармонического единства, но даже хотя бы самой минимальной увязки. Кроме общего названия на афише, их порой ничего не объединяет. А между тем задача пролога, как мы уже говорили, — создать тематическую направленность представления, придать ему цельность.

Помню, в Ленинграде во время демонстрации коннобалетной пантомимы «Бахчисарайская легенда» в парадепрологе проходила кавалькада изящных наездниц, и это как бы подчеркивало, что в программе особое внимание уделено конному цирку. В другой программе — с участием иллюзионного аттракциона «Человек-невидимка» под руководством О. Белоусова — в параде-прологе можно было увидеть лежащие на манеже чемоданчики, которые под конец неожиданно «оживали» и сами собой «убегали» за кулисы. Так, уже начиная со вступления, цирк показывал зрителям «чудеса», которые потом, во втором отделении, достигали кульминации. Этот, быть может, и несколько наивный прием тем не менее протягивал ниточку от пролога к спектаклю, к аттракциону...

Парад-пролог — это подчас единственное, над чем самостоятельно работает коллектив того или иного цирка. Вполне понятно, что к этой работе должны предъявляться особенно высокие требования. По параду-прологу подчас судят о качестве всего циркового представления. Но кое-где к их постановке относятся формально. Хорошо если в цирке есть свой режиссер, ну а если его нет? Тогда, как правило, за несколько дней до премьеры в цирк приезжает режиссер, который наспех, порой за две-три репетиции, а то и за одну, как это было, например, в 1966 году на открытии шапито в Ленинграде, ставит парад-пролог. Где уж тут решать какие-либо художественно-творческие задачи — некогда! Так появляются схема, трафарет, скороспелка...

Парад-пролог — ключ ко всей программе, к ее замыслу, к ее содержанию. Но ключ этот, к сожалению, не всегда открывает...

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100