В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

В поисках

Я не помню дня, чтобы в цирке не говорили о новом. Зайдите в любую артистическую, и вы услышите и увидите много интересного: споры о том, можно ли сделать тот или иной трюк, эскизы нового номера, действующую модель   оригинального   аппарата.
И все же, хотя новое неисчерпаемо, создавать его чрезвычайно трудно. Сотни лет, например, существует жанр канатоходцев, прочно устоялся их традиционный репертуар: хождение по канату, перенос партнеров, стоящих на голове или плечах нижнего, и т. д. И действительно, что еще можно делать на канате?
Оказывается, если поискать, можно найти. Советские артисты впервые продемонстрировали на канате сложные акробатические трюки: заднее сальто-мортале без балансира, сальто-мортале с лестницы на канат, сальто-мортале с плеч одного канатоходца — на плечи к другому. Большого успеха добился заслуженный артист Дагестанской АССР Курбан Меджидов. Он делал без балансира боковое («арабское») сальто на канате. А на репетициях ему удавалось исполнить подряд, или как мы говорим, в «темп», даже два таких сальто-мортале!
Иногда что-то возникает как бы случайно, из пустяка. Один из участников нашего номера народный артист Дагестанской АССР Расул Агаев как-то в шутку попробовал пройти по канату, опираясь на него одновременно руками и ногами, «по-обезьяньи». Затея всем понравилась, и при удобном случае мы включим эту «шутку» в номер.
Давно известен такой трюк, как колонна из нескольких канатоходцев, стоящих друг на друге. «А что, если в колонне балансирный шест понесет не нижний, как обычно, а средний?» — подумал я однажды. Такие «мелочи» очень освежают традиционный репертуар. Сейчас мы репетируем также новые пирамиды.
Удачной оказалась мысль — поднять на канат подкидную доску. С нее один из исполнителей делает сальто на плечи партнеру, стоящему на канате; затем третий делает с доски сальто на плечи второму. Впрочем, от этого трюка мы скоро откажемся: третий будет делать на колонну уже не одинарное, а двойное сальто-мортале. С подкидной доской на канате можно исполнять и другие, не менее эффектные трюки.
Недавно у меня возник замысел нового, оригинального номера. Представьте себе два параллельных каната, которые натягиваются на подставках в виде турников (рис. 1). На перекладине каждого «турника», или, говоря по-цирковому, на их штамбертах, подвешиваются жесткие качели (лопинги), которые можно использовать для разнообразных вольтижных трюков (рис.1   и   2).
 Недавно у меня возник замысел нового, оригинального номера
Новый аппарат открывает перед исполнителями широкие возможности. Это и демонстрация сложных пирамид, и вольтижная акробатика с использованием 6а-лансирных шестов в качестве трамплина для вольтижеров (рис. 3), и эффектные комбинации с лопингов, включая перекрестные пассажи. Все это, на мой взгляд, должно оживить работу канатоходцев, привнести в нее динамизм и экспрессию.
Интересно попробовать и такой, например, трюк. Два канатоходца, держась за общий шест, поочередно делают в темп задние сальто-мортале. По-моему, это должно выглядеть очень красиво.
Номер на двойном канате мы хотим подготовить в качестве второй программы труппы «Цовкра». Репетиции его начнутся в ближайшее время.
Значение аппаратуры в создании нового на арене огромно. Причем, некоторые «изобретения»    удивительно    просты.    Давным-давно, например, был известен такой снаряд, как трапеция. Леотар первым показал перелеты с трапеции на трапецию — так родился один из популярнейших современных жанров. И хотя «рекорд» Леотара — одинарное сальто с трапеции на трапецию — перекрыт десятками и сотнями гимнастов, он по праву остается основоположником воздушного полета в цирке.
Между прочим, во время гастролей в Японии нам довелось повидать неподалеку от Токио представление японского цирка. В его программе мне особенно понравился номер воздушного полета, неожиданно многолюдный — в нем оказалось 16—18 участников. Манера исполнения и весь стиль работы отличались национальным своеобразием. Так, например, под купол гимнасты поднимались не по веревочным лестницам, как это делается во всем мире, а по длинным бамбуковым шестам, с крючками на верхнем конце. Шесты подавались только для подъема и спуска, а во время  работы  убирались.
Но самым большим сюрпризом оказалось то, что в полете использовалась двойная трапеция — снаряд, казалось бы, всем нам хорошо знакомый! Двойными были и вольтижерка и ловиторка. Два вольтижера одновременно сходили с мостика и, синхронно исполняя трюки (переднее и заднее сальто-мортале, переднее сальто с живота, полтора сальто-мортале, пируэты), одновременно приходили в руки к ловиторам.
Работа на двойной трапеции производится на соответственно больших дистанциях, и это очень усиливает эффект полета. Особенно красив, например, такой трюк: отойдя от ловиторов, оба вольтижера долго и стремительно летят спиной к трапеции, лишь в последнее мгновение резко поворачиваются к ней лицом и затем приходят на мостик.
  Особенно красив, например, такой трюк  ба вольтижера долго и стремительно летят спиной к трапеции

 лишь в последнее мгновение резко поворачиваются
Увеличение дистанции полета потребовало привлечения «подсобной силы». Два ассистента, сидя на штамберте, с помощью особых рычагов все время раскачивали ловиторку. А вольтижеров каждый раз «провожали» с мостика сразу трое их товарищей.
Запомнился нам и такой номер. На манеж вынесли бамбуковый шест длиной 3—4 метра, к концам его прикрепили два тонких троса, спускавшихся из-под купола. Заиграла музыка, и на арену вышли в традиционных японских кимоно и туфельках на деревянных подставках две артистки. Одна из них встала на бамбуковый шест, и аппарат, оторвавшись от пола, пошел вверх. Не пользуясь никакими вспомогательными средствами, исполнительницы, стоя на бамбуке, раскачивались, ложились и вставали, балансировали на коленях, носили на голове высокую вазу, демонстрировали трансформацию костюмов, жонглировали. Одна из артисток исполнила на шесте высоко под ареной красивый национальный танец с лентой. В финале она спустилась вниз по спирали, придав аппарату круговое движение.
Этот номер понравился нам простотой аппаратуры, изяществом исполнения, ярким национальным колоритом. Правда, по трюкам он мог быть значительно, интереснее, и я невольно даже пожалел, что артисткам не пришло в голову как-то усложнить номер. Они выступали поочередно, и много времени уходило на спуск и подъем аппарата. Этого можно было избежать, если б над первым шестом также подвесить второй.    Тогда,    скажем,    сольное жонглирование можно было бы дополнить парным, «перекидкой», да и одновременная работа на двух параллельных шестах сама по себе украсила бы номер. При желании между шестами можно установить даже легкую переходную лестницу.
Между прочим, в нашем цирке тоже есть подобный номер — это «качающаяся стрела» артистов И. и Е. Соколовых. Их аппарат представляет собой длинный, довольно массивный шест, горизонтально подвешенный к куполу на тросах. Во время работы «стрела» качается наподобие маятника. Конструктивно    их    замысел,    по-моему,   интересен,   и   номер,   как все новое, имеет успех.
Но исчерпаны ли в номере Соколовых возможности, открывающиеся при использовании подобного аппарата? Думаю, что нет. Здесь могут быть самые разные решения — несхожие и по стилю исполнения и по характеру трюков. Например, три года назад И. Шестуа и братья Исаевы показали в Москве номер, поразивший   многих    простотой    и    изяществом своей идеи. Они взяли два обычных шеста и использовали их в качестве «живых» параллельных брусьев, на которых артистка исполняла серию красивых акробатических комбинаций. А спустя некоторое время мы увидели акробатов Солохиных, создавших свой замечательный, оригинальный номер уже с одним шестом, подвешенным на резиновых амортизаторах.
Отличным примером приспособления гимнастического снаряда к условиям арены для меня всегда был круглый турник Николаевых. Сохранив все преимущества классической «перекладины», Николаев почти неузнаваемо преобразил самый облик аппарата. Ведь в его конструкции уже не один, а «множество» турников, решенных как один круглый. В новом варианте трюковые возможности жанра  необычайно   расширились.
Приведенные примеры показывают, что новое часто лежит рядом с нами. Нужно только уметь его  увидеть.
Работая над созданием и совершенствованием аппаратуры и реквизита, нужно стремиться, чтобы они не заслоняли на арене артиста, его работу. Ведь главное — это сила, ловкость, умение человека, демонстрация его беспредельных способностей. И чем проще и рациональнее наши вспомогательные аксессуары, тем лучше они  выполняют свою задачу.

Журнал ”Советский цирк” февраль 1962г

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100