В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Строим упрямо новой эстрады сруб

Решение о переходе к нэпу, принятое X съездом РКП (б) в марте 1921 года, резко изменило жизнь страны, сказалось на искусстве и особенно на эстраде, с чуткостью хо&рошего барометра фиксирующей новое в политике, экономике, быту.

Перед эстрадниками открывались два пути. Один, наибо­лее легкий, звал идти навстречу вкусам нэпманов — услаж­дать, развлекать, отвлекать их от мыслей о тревожном зав­трашнем дне, прикрывать эту тревогу романтическим, всег­да привлекательным флером «безумных» страстей. И эстрада впитывает «угар» нэпа — лихорадочное стремление весе­литься, усиленное ощущением близости последнего дня. И в то же время эстрада периода нэпа, опережая другие ви­ды искусства, поднимает свой голос против мещанина, обы­вателя, приспособленца, зло высмеивает их в фельетонах, рассказах, репризах конферанса, частушках. Передовая эст­рада вступает на путь активной борьбы за новую, советскую идеологию. В сложном, насыщенном драматизмом борьбы процессе становления советской эстрады немалая роль при­надлежит «Синей блузе».

Первый коллектив «Синей блузы» (тогда еще безымян­ный, так как название появилось позднее) родился осенью 1923 года, как живая газета Института журналистики, по инициативе студента института Б. Южанина. Он уже имел опыт создания «устных», или «живых», газет, получивших распространение в период гражданской войны. Еще в 1921 году при дальневосточном Военпуре по инициативе Южанина и с его участием была создана газета «Смехопур».

Позднее Южанин рассказывал о том, как появилась «Си­няя блуза»: «Москва. ГИЖ. Талантливая молодежь, закален­ная временем военного коммунизма. Преобладают шинели. Суп из трех круп. По четырнадцати парней в комнате. Каж­дая комната творит свой стенгаз. Самая здоровая обстановка для творчества. На вечере по случаю годовщины института группа в составе трех человек (Южанин, Ляховец, Мрозовский — они впоследствии составят редколлегию «Синей блу­зы») показывает «Унигаз». Выпуск состоит из частушек и мелочи на местные темы. МСПО предлагает дать здоровое зрелище в чайных и столовых. Создаем группы в шесть-семь исполнителей. Пишу тексты почти один. Монтирую все год­ное из газет и журналов. МГСПС берет к себе».

Группа молодежи, одетая в синие свободные блузы, чер­ные брюки или юбки (костюм шел от современных агитпла­катов), выходила под музыку, маршем, с физкультурными движениями, перестраивалась, слагала простые пирамиды, декламировала или же напевала на известные мелодии. В этом нехитром представлении еще имеет место обяза­тельный доклад «передовица», в котором освещаются важ­нейшие политические вопросы дня. Театрализованное меж­дународное «обозрение» также снабжается соответствующи­ми пояснениями. И завершают программу сатирические номера — раек, частушка, лубок, продолжающие линию политической сатиры, начатую Теревсатами. Так, животвор­ная струя народного творчества, веселья ярмарочных бала­ганов с их постоянными персонажами Петрушкой, Дедом-раешником с самого начала питает программы синеблузников.

Вскоре «Синяя блуза» начинает выступать в московских пивных вместо профессиональных эстрадников. Известный искусствовед и критик О. Брик, любивший эстраду и внима­тельно следивший за ее развитием, приглашен несколько «оживить» программы синеблузников. Он рассказывает, что первые выступления в пивных вызвали «недоумение, но и интерес. Вместо скабрезных куплетов и двусмысленных пе­сен стали петь и говорить на злободневные политические темы». В некоторых пивных успех был настолько велик, что публика стала приходить задолго до начала. Между зрителя­ми стихийно разгораются споры, вызванные представлением.

Несмотря на обстановку пивных, «Синяя блуза» не сдает своих принципиальных позиций. Вступительные доклады заменяются своеобразными инсценировками, ораториями, но агитационность, открытая тенденциозность номеров остают­ся прежними. Профессионализацию «Синей блузы», сближение с эстра­дой ускорил приход актеров из популярного среди московской художественной интеллигенции кабаре «Не рыдай» (среди них М. Гаркави, Г. Тусузов), а также группы актеров и ре­жиссеров из мастерской Фореггера.

Руководители «Блузы» понимали, что успех зависит от умения точно почувствовать, что интересует зрителей. Про­граммы обновляются каждую неделю. Журналистские способности Южанина, его организатор­ский талант, фанатическая вера в жизненность и необходи­мость «Синей блузы» помогли решить самую трудную зада­чу — обеспечить репертуаром коллективы синеблузников. Число их все возрастает. В Москве работает около десяти профессиональных групп, а по всей стране, включая само­деятельность, их около десяти тысяч.

Южанину удалось привлечь к работе в «Синей блузе» та­ких поэтов, как Маяковский, Бедный, Третьяков, Кирсанов, Асеев. Вокруг репертуарных сборников, которые с конца 1924 года выходят два раза в месяц, собираются молодые талантливые авторы малых форм — Адуев, Арго, Ардов, Апушкин, Градов, Катаев, Масс, Пустынин, Типот, Зрдман и многие другие. В их руках примитивная агитка украшает­ся интересной выдумкой, веселыми злободневными острота­ми. Складывается «синеблузная драматургия». Она отражает самые различные стороны жизни страны: от важнейших — индустриализации, электрификации, режима экономии, борь­бы за качество продукции — до мелочей быта. Большой удельный вес занимают международная и историчес­кая темы.

Особенность синеблузных программ — в органическом со­четании пафоса и сатиры, патетики и юмора. Это не всегда легко достижимое содружество стихийно и естественно опре­делилось с самых первых шагов «Блузы». Патетика была необходима для воспевания революции, юмор и сатира — для беспощадного высмеивания врагов. «Синяя блуза» по­явилась на свет от жизни как газета, непосредственно отра­жающая многоликую бурлящую действительность. Пафос и сатира помогали выразить идеалы времени.

Выступления синеблузников, полные оптимизма, проник­нутые твердой верой в победу нового, торопят приход этого нового, помогают ему. Накал революционного темперамента был столь высок и действовал так неотразимо, что сразу же покорял зрителей. Недаром в своем марше синеблузники провозгласили: «Строим упрямо новой эстрады сруб». Очень скоро «Синяя блуза» выработала свои выразительные средства, свое худо­жественное лицо. На этом пути она многое позаимствовала у профессиональной эстрады, театра и даже кинематографа, сохранив политическую зоркость, страстность утверждения и отрицания.

Начав свою жизнь на окраинах Москвы, «Синяя блуза» через два-три года уже выступала на центральных площад­ках — в Колонном зале Дома Союзов, в Бетховенском зале Большого театра, в саду «Эрмитаж», в эстрадном театре «Альказар», получила распространение по всей стране. Сре­ди зрителей, приветствовавших «Синюю блузу», отметивших ее значение, были Ф. Э. Дзержинский и М. И. Калинин.

Небольшая агитпрограмма в рабочих чайных мало похожа на то отточенное по ритму, красочно оформленное, изыскан­ное зрелище, в которое выросли программы синеблузников к концу двадцатых годов. Обогатившись за счет эстрады, «Си­няя блуза» в свою очередь оказала на нее серьезное влияние, раскрыв неиспользованные до сих пор потенциальные воз­можности искусства малых форм в широком охвате тем и явлений современной жизни. Мастерству подачи острой политической темы учатся у «Синей блузы» театр и цирк. «Во многом «Синяя блуза», как более портативный и гибкий вид искусства, добилась того, за что боролся и чего еще не достиг даже цирк в области сло­ва. Мы, политические сатирики, работающие в цирке, не мо­жем не приветствовать, не признать нашего молодого, быстро растущего собрата», — пишет В. Лазаренко.

А что касается театра, то и сегодня влияние «Синей блу­зы» можно увидеть в спектакле Ю. Любимова «Десять дней, которые потрясли мир» (театр на Таганке). Со временем в «Синюю блузу» пришли молодые талант­ливые режиссеры (С. Юткевич, А. Мачерет, Т. Томисс, Б. Шахет), композиторы и пианисты (К. Листов, С. Кац). Художница Н. Айзенберг нашла новое решение оформления программ, остроумное, впечатляющее и не требующее боль­ших затрат. Прозодежда дополнялась комбинациями из аппликаций, которые позволяли мгновенно менять красно­армейскую форму на фрак дипломата, на костюм крестья­нина и т. д. Все детали оформления и обстановки без труда укладывались в портативные чемоданы, с которыми сине­блузники переезжали из клуба в клуб.

Режиссер «Синей блузы» — прежде всего репортер, изу­чающий жизнь внимательным и всевидящим глазом. «Бери от жизни, от сегодняшнего дня все, что зрелищно, и пере­носи это на сценическую площадку» — основное требование руководства к режиссерам. Программа шла в стремительном темпе. В течение пяти-семи минут действие переносилось «с Конгресса Лиги Наций в Красную Армию и обратно, с заездом в деревню и на Сандвичевы острова». Требовалась немалая изобретатель­ность, более того, виртуозность, чтобы с двух-трех репетиций превратить агитацию за сберкассы или новые метрические меры в интересный и впечатляющий эпизод при минималь­ных изобретательных средствах.

Если на первых порах «Синяя блуза» использовала попу­лярные мелодии, то с приходом молодых композиторов К. Листова, С. Каца программы насыщаются оригинальной музыкой. Создаются так называемые «шумовые» оркестры. Профессиональные коллективы синеблузников формиро­вались так, чтобы в них были актеры разного плана. Одни умели держать пирамиды, делать сальто-мортале. Другие были отличными драматическими актерами. Здесь же две-три девушки, исполняющие частушки, танцевальная пара.

Но, несмотря на некоторую «специализацию», участники «Синей блузы» были актерами синтетического плана. Они все отлично двигались, участвовали в пирамидах и гимнасти­ческих упражнениях, владели искусством трансформации. «Нет отдельного актера и его амплуа. Нет фамилий, Би-сов, Бенефисов. Синеблузник должен играть все»,—так определяется роль актера в одном из сборников журнала «Синяя блуза» 1925 года. Установка на коллективность твор­чества не только не мешала, а, напротив, способствовала росту мастеров театра, эстрады, кино. Среди них М. Гаркави, Б. Тенин, Г. Тусузов, К. Коренева, Л. Миров, Е. Дарский, Л. Домогацкая, Б. Вениаминов, А. Корзиков, Б. Пославский, В. Фогель, И. Чувилев и многие другие.

1926—1927 годы — пора творческой зрелости «Синей блу­зы», ее наибольших успехов и поистине мировой славы. Гастроли в Германии и Латвии, Китае и Монголии встре­тили восторженный прием. Одно за другим следуют пригла­шения в Австрию, скандинавские страны, Чехословакию, Голландию. В странах, где проходят гастроли, возникают коллективы наподобие синеблузых. Через Германию «Синяя блуза» рас­пространяется в другие европейские страны — Францию, Бельгию. Среди ее участников и приверженцев — немецкий режиссер Э. Пискатор, французский поэт Ж. Превер кино­режиссер Ж.- П. ле Шануа и другие.

«Броненосец «Потемкин» — эпоха в кино, «Синяя блу­за» — эпоха в театре малого жанра», — так оценивалась в немецкой газете «Кёльнише цейтунг» роль «Синей блузы» Скромная группа любителей во главе с Б. Южаниным вызвала к жизни движение, заложившее один из краеуголь­ных  камней  советской  эстрады.

Е. УВАРОВА

Журнал Советский цирк. Июль 1967 г.

оставить комментарий


 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100