Верный Бармалей Альбины Зотовой - В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ
В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Верный Бармалей Альбины Зотовой

Верный Бармалей Альбины ЗотовойНа конезаводе ему дали звучное имя Бриллиант. Это был конь юроды першерон. Именно такой сильный конь требовался артистке Альбине Зотовой. Она тогда выступала с номером «Гротеск-наездница»: исполняла на бегущей лошади энергичные танцевальные движения, различные прыжки, в том числе шпагат, через кольцо, другие трюки.

 

...На конезавод Альбина приехала со своим мужем, артистом цирка Анатолием Ширменом. После аукциона остались только те лошади, которые никого не привлекали. Среди них и Бриллиант, большеголовый, со вздутым животом, отяжелевший от малоподвижного существования. Кроме всего на теле нарывчики — болен так называемой мокрицей. Зотова остановилась около Бриллианта, погладила по шее, для знакомства протянула кусок сахара. Он косил глазами, угощение не брал. Любая цирковая лошадь, протяни ей сахар, схватит. А тут никак не реагирует. Это поразило Зотову — значит, Бриллиант не пробовал сахар. Видно, никто его не ласкал, не баловал лакомством. Ей стало жаль лошадь.

Зотова задержалась около Бриллианта. Потом его вывели во двор. Провели по кругу раз, второй. Зотова решила сесть на коня. Муж стал отговаривать — мол, не прирученное животное, опасно. Бриллиант стоял спокойно. Зотова поднялась на него, поражаясь, как покорно он к этому отнесся.

Бриллиант не только вызывал сочувствие, но подкупал своей добротой, покладистостью. Окончательно он завоевал сердце артистки, когда она преподнесла ему еще раз сахар, а он положил голову к ней на плечо, как умел выразил свое расположение. Зотова считала, что просто уже не имеет права обмануть доверие животного. Получается — приласкала, а потом, коварная, бросила, уехала.

Конезавод находился под Ульяновском — коня предстояло доставить в Днепропетровск. Путь не ближний. Оказалось — не просто арендовать специальную машину, железнодорожный вагон, оформить необходимые документы. Эти хлопоты касались Зотовой и Ширмана. Но и животное тяжело перенесло путешествие: тесная машина, тряска в вагоне. Наконец конюшня цирка.

К приобретению Зотовой многие артисты отнеслись скептически. Надо же выбрать такого — совсем не красавец, большеголовый, толстый. Язык не поворачивался величать его Бриллиантом, это звучало бы насмешкой, надо как-то скромнее, проще. Однако требовалось, чтобы у нового имени было хоть какое-то созвучие с прежним: Бриль... Бор... Бар... И окрестили, учитывая внешность, Бармалей.

Предстояло выходить Бармалея, вылечить. Болезней у него оказалось больше, чем можно было предположить. Для начала позаботились, чтоб Бармалей получал хорошую еду, витамины. Ему давали морковь, угощали яблоками, баловали сахаром. Доставались ему и заморские яства, но как лекарственные средства. Кроме прочих недугов у коня оказались глисты. Чтобы вывести их, специалисты порекомендовали давать апельсины. Артисты покупали апельсины, а Бармалей с аппетитом их поедал. Помогло.

Было неблагополучно с копытами — их тщательно смазывали дегтем. Излечили и мокрицу.

Еще в самом начале один из артистов, взглянув на Бармалея, иронически заметил: «Ну, прямо бегемот! Неловко его зрителям показывать». Старались придать коню спортивную или, точнее, артистическую форму. Его подолгу прогуливали, заставляли бегать по кругу манежа рысью, галопом. Конечно, людям было утомительно ходить и следить за ним. Сам же Бармалей тренировался охотно, даже увлеченно. Ведь лошади созданы не для того, чтобы томиться в тесных стойлах, а для стремительного бега, их стихия — движение. Бармалей постепенно приобретал вполне пристойный вид: подтянулся живот, стал стройнее.

Он радовал свою хозяйку послушанием. Из всех, кто имел с ним дело, выделял Зотову: сразу отзывался на ее голос, охотно выполнял ее приказания. Это было очень важно — от него требовалось бережно нести артистку, его спина — своеобразная площадка для выступления.

Угощая Бармалея сахаром, Зотова проникновенно втолковывала ему, что, конечно, неприятно, если прыгают у тебя на спине, но этого требует их профессия. И напоминала, что у них разные весовые категории: он большой, мощный, она куда легче, слабее, и он невзначай, из-за небрежности может принести ей вред. Бармалей внимательно слушал. Казалось, что после задушевных бесед старательнее выполнял свои обязанности. Что определило такое послушание — покладистый характер или чувство благодарности за ласку и заботу?

Так или иначе, Бармалей оказался надежным партнером, проявлял снисходительность к ошибкам своей хозяйки, не реагировал на контрудары. Дело в том, что артистка должна так рассчитать прыжок, чтобы опуститься, когда спина лошади тоже опускается, и удар амортизируется. Но если спина лошади поднимается, а в это время на нее опускаются ноги, наездницы, то получается встречный удар — контрудар.

Разумеется, Зотова учитывала это, но, случалось, не удавалось точно рассчитать время прыжка. К чести Бармалея, он никак не протестовал, продолжал размеренный бег. В этот момент наездница мысленно благодарила его, а после представления хвалила, угощала. Но даже у покладистого Бармалея получалось не все идеально. Иногда во время представления приходилось напоминать о его обязанностях, и тут требовалось короткое восклицание вроде: «Барм..!». Он понимал, что обращаются к нему, подтягивался, сосредотачивался.

Зотова старалась предусмотреть все сложности. В шапито и в иных цирках манеж по традиции покрыт опилками. Из-под копыт лошадей опилки взлетают и попадают на сидящих в первом ряду. Некоторые зрители разворачивают газеты, загораживают ими нарядные костюмы.

Белые шевелящиеся листы могут испугать лошадь, она шарахнется в сторону. Зотова во время репетиций расстилала на креслах первого ряда газеты — пусть привыкает. Просила помощников хлопать сиденьями кресел. Ведь во время представления кто-то может уронить «дипломат» или встать, и сиденье стукнет — пусть эти звуки не будут неожиданностью. Однако всего не учтешь. Случалось, Бармалей доставлял огорчения и неприятности своей хозяйке, но не по злому умыслу.

Любая лошадь, видя преграду на пути, изменит направление бега. Объявили номер. Зотова вышла на середину манежа, Выбежал Бармалей и привычно двинулся по кругу. В это время молодой униформист, чтобы закрыть створки барьера, тоже вышел на манеж, нагнулся, поднимая конец веревки, и оказался на пути лошади. Бармалей резко свернул в сторону и задел Зотову. Удар был сильный, артистка отлетела на несколько метров, упала. Ей помогли подняться.

Необычные обстоятельства так или иначе отражаются на состоянии животных, их поведении. Например, долгие переезды из цирка в цирк. Однажды шесть дней Бармалей простоял в вагоне. Прибыли в цирк, а манеж занят с утра до вечера; к школьным каникулам готовится новогоднее представление. Альбине Зотовой предложили роль Снегурочки. Она разучивала приветствия детям, реплики, которыми должна обмениваться с Дедом Морозом. Режиссер решил, что Снегурочка, торопясь на праздник, ловко и весело проскачет на лошади. Пока шла подготовка к премьере, было некогда заниматься Бармалеем, он стоял в конюшне.

И вот премьера. Перед представлением Бармалея почистили, принарядили. Он выглядел парадно. В нужный момент его подвели к выходу на манеж, выпустили. Зотова в костюме Снегурочки ловко вспрыгнула к нему на спину. Бармалей после долгого вынужденного стояния наконец получил возможность раскованно двигаться. Существо еще довольно юное, он забыл обо всем, чему его учили, рвался вперед, и вдруг, будто собираясь преодолеть барьер, резко взлетал. В этот момент Снегурочка теряла равновесие, чтобы не упасть, спрыгивала на манеж. Поднималась на коня и опять чуть не падала. Выглядело это так, что артистка взялась не за свое дело.

После представления Альбина с досадой упрекала своего четвероногого партнера. Как подвел! Как опозорил! Все в зале думали: какая неумелая наездница, только специалисты могли уловить, что не она виновата.

На следующий день все было благополучно. Бармалей шел ровно. То ли подействовала беседа, то ли ночная репетиция, во время которой он вдоволь набегался.

В других случаях Бармалей проявлял удивительную выдержку. Одна из служительниц по уходу за животными держала в цирке, в закулисной части, пса. Как-то он отправился гулять во время представления. На манеже выступала Зотова, и вдруг в зрительный зал выскочила собака, пошла перед первым рядом вдоль барьера. Зотова с испугом ждала, что Бармалей сейчас бурно среагирует на это, и тогда не удержаться у него на спине. Но конь лишь покосился на собаку и продолжал ровно бежать. Зотова смогла продолжить демонстрацию трюков.

Животные нередко улавливают то, чего не замечают люди, тогда их поведение становится необъяснимым. И с Бармалеем происходило такое. Приехали в цирк-шапито, которое только установили.

Зотова начала репетицию. Вдруг Бармалей изменил ритм бега, будто бы преодолел какое-то препятствие, хотя опилки старательно разровнены. Зотова пристыдила Бармалея. Но снова на том же месте он прыгнул. Артистке пришлось сойти. Она стала внушать: «Пойми, Бармалеюшка, прыгать должна я, а ты должен ровно бежать. Усвоил?»

Репетицию продолжили, и опять на том же месте конь преодолел невидимую преграду. Решили разобраться, что его пугает. Разгребли опилки. Как положено, под ними земля — листа. Ковырнули землю. Сыро, Копнули дальше — сочится вода. Лошадь чувствовала ее и преодолевала невидимую водную преграду.

Стали разбираться, откуда и почему берется вода. Установили — со временем она залила бы манеж. Но благодаря чуткости Бармалея вовремя обратили на это внимание.

Когда Бармалей заболевал, это всегда тревожило Зотову. Приглашали врача-ветеринара, давали лекарства. Если Бармалею становилось хуже, около него дежурили и ночами. Цирк пустел, погружался в темноту, затихал. Альбина устраивалась в конюшне, ставила раскладушку. Горела неяркая дежурная лампа. Где-то стукнет копытом лошадь, сонно тявкнет собака в вольере. Временами Альбина задремывала, но стоило Бармалею пошевелиться, громко вздохнуть, как просыпалась, подходила к нему, ласкала. Давала попить воды, в которой было разболтано лекарство. Бармалей покорно смотрел в глаза. Она гладила ему гриву: «Милый, все будет хорошо...»

Бармалей выздоравливал и снова старательно исполнял на манеже свои обязанности. У Зотовой были и другие лошади. Бармалей оставался любимцем, верным, надежным партнером.

Наступило время, когда Альбине Зотовой пришлось сменить жанр. Несколько падений, травм, и врачи запретили выступать на лошади. Она стала иллюзионисткой. Были изготовлены шкатулки, ларцы, погребки, сундуки с секретами, а лошадей пришлось передать другим артистам. Так Бармалей расстался со своей заботливой хозяйкой.

Года через три в одном из цирков произошла встреча с Бармалеем. Зотова пришла в конюшню, где он стоял, похлопала его по шее, протянула сахар. Бармалей взял сахар с ладони, дал себя приласкать. Что это — проявилось его природное добродушие или вспомнил свою хозяйку? -

Потом дне^ во время репетиции, когда Бармалей был на манеже, Зотова вскочила на его спину. Бармалей шел ровно, как бывало раньше. Тряхнув стариной, она проделала несколько трюков.

— Полное взаимопонимание!— воскликнул кто-то из наблюдавших артистов. И тут же предложил Альбине:— А если вам выступить еще раз на Бармалее сегодня вечером? Вспомните недавнее прошлое...

Зотова подумала и отказалась. Одно дело что-то проделать на репетиции в пустом зале, другое дело — на зрителях исполнить весь номер, А вдруг какая-то заминка, срыв. Ведь несколько лет не выступала, а зрителям это объяснять не будешь.

Через день артисты, у которых был теперь Бармалей, уехали. После этого Альбина Зотова не видела своего четвероногого партнера, но доходят известия, что он здоров, по-прежнему выступает.

 

В. КИРИЛЛОВ

оставить комментарий

 

НОВОЕ НА ФОРУМЕ


 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования